Барби как Лев Толстой, или На зеркало неча пенять…

Линор Горалик. Полая женщина: Мир Барби изнутри и снаружи.
М.: НЛО, 2005

Я познакомилась с ней в 1976 году, в девичьем туалете обыкновенной московской школы, где мы прятались, прогуливая физику. Одноклассница, папа которой временами бывал за границей, сделала таинственное лицо достала из портфеля… - чудо? Мечту? - Куклу, которая грезилась мне и бледные подобия которой я, уставшая от большеголовых пупсов и пузатых "пупсиков", рисовала на бумаге. Да, это была она - моя бумажная принцесса: белокурая, с непомерно длинной шеей, огромными глазищами (и вовсе не лупоглазая!), тонкой "в рюмочку" талией и бесконечными ногами… Только вдруг она стала объемной… Созданная словно по размеру детской руки, она удобно легла в мою ладошку, и пальцы, сомкнувшиеся на ее талии, не хотели разжиматься.

Восхищение и удивление (ну как если бы девственной читательнице средневековых бестиариев встретился живой единорог) выросли вдесятеро, когда подружка вслед за куклой достала - туфельки! О! Крохотные, яркие, так же непохожие на растоптанные сандалии даже самых лучших "гэдээровских" кукол, как не похожи на ржавые волжские баржи изящные средиземноморские яхты, - и на КАБЛУКАХ! А малюсенькая расческа и БИГУДИ (!) для роскошных пергидрольных кудрей исторгли из моих уст благоговейный стон. Ну, неужели кто-то из этих взрослых догадался, как сильно мне хочется иметь крошечные подобия всяческих вещей? В моем самодельном кукольном мире самым большим сокровищем был шедевр отечественной игрушечной индустрии - точилка в форме телевизора…

А тем временем подружка рассказывала, что там У НИХ для этой куклы есть настоящие домики, с гостиными и лифтами, ванными комнатами и туалетами… Надевая чужой кукле туфельки, расчесывая волосы и оглаживая ее такую приятную на ощупь фигурку, я мысленно восхищалась безудержной фантазией одноклассницы. Конечно, такого не может быть, потому что… ну просто не бывает.
Что оно бывает - я узнала почти через полтора десятка лет, когда моя дочь вошла в возраст кукольных игр, а в наших магазинах появились первые Барби и их "дома мечты". Кто больше восторгался розовым великолепием - дочка или я - сказать было трудно. Я доигрывала в мечту своего детства вместе с ней…
Да, это, кажется должна была быть рецензия? Прошу прощения, если получился мемуар… Но что ж удивительного, если предмет, избранный Линор Горалик для изучения, является частью и моего мира - причем частью значимой, ценной и эмоционально окрашенной. Да и для автора книги Барби - не просто отформованный и раскрашенный кусок пластика. Как ни старается Линор Горалик надеть на себя маску бесстрастного исследователя и сохранить дистанцию между собой и объектом, ее книга все равно принимает черты объяснения в любви к "бедной девочке", несущей на своих хрупких пластмассовых плечах ответственность за все пороки современного мира.

Нет, это не значит, что книга лишена всех достоинств научного исследования. Она имеет четкую структуру и всестороннее представляет "феномен Барби". Первая часть - "Мир до Барби" - представляет собой краткий экскурс в историю игрушек вообще и кукол, в частности. Во второй - "Мир Барби" - рассказывается о рождении самой героини и приводится множество любопытных фактов касательно моделей куклы и изменения ее облика, аксессуаров и одежды, ее занятий, профессий и кукольного окружения. Третья часть повествует о "Мире вокруг Барби" - то есть, собственно, о нашем с вами восприятии этой куклы, которая уже не просто игрушка, а социокультурный символ, наравне с кока-колой и "Beatles".

Любопытны приводимые Линор Горалик факты и размышления по поводу роли Барби в жизни девочек (особенно поражает насколько трезво - по сравнению с родителями - дети относятся к своей пластмассовой подружке, никогда не забывая, что она "просто кукла"). Особо выделены гендерные и сексуальные аспектов восприятия Барби (которой приписывается одновременно невинность отличницы и развращенность шлюхи). Подробно описаны социальные движения "за" Барби (много внимания уделено взрослым поклонникам - коллекционерам Барби) и "против" (просто парад человеческой злобы и глупости, порой принимающих курьезные формы).

На мой взгляд, одна из самых интересных глав третьей части посвящена Барби в искусстве. Линор Горалик анализирует распространенные приемы, используемые творцами "Барби-арта" - такие как выворачивание наизнанку "идеального" образа Барби, или использование Барби как заместителя "женщины вообще"… Автор довольно критически относится к тем художникам, которые соблазняются дешевым эффектом, "запихивая Барби во что-нибудь максимально неудобное вниз головой". Однако здесь же приводятся и примеры интересных и талантливых вариаций на тему Барби - как, например, работа художника Альберта Крудо "Какашка Барби": "аккуратная, гладкая, блестящая ярко-розовая спиралька с кокетливо торчащим вверх хвостиком является, на мой личный взгляд, - пишет Линор Горалик, - живой и симпатичной пародией на приторную идеальность Барби" (стр. 263)
Небольшая по объему четвертая часть книги посвящена недолгой истории Барби в России, где кукла не стала еще привычной частью повседневного мира, хотя уже оказалась объектом как самых негативных высказываний, так и слепого обожания.

Таким образом, в поле зрения Линор Горалик оказалось почти все, что так или иначе связано с Барби - и по широте охвата материала, думается, эта книга не имеет себе равных. В чем, наверное, упрекнет автора строгий научный критик, так это, скорее всего, в отсутствии строгой научной методологии (ни тебе массовых опросов, ни грамотно проведенных фокус-групп, ни результатов контент-анализа) и выверенного понятийного аппарата. А вот заинтересованный читатель этому только порадуется. Каким могло быть научное исследование, использующее весь методологический и понятийный арсенал современной гуманитарной мысли, мы можем составить впечатление по послесловию: впечатляюще, но неудобочитаемо (что-то о символической идентификации несимволического и переносе не считываемых напрямую ощущений в область вербализуемого… ) А Линор Горалик остается в рамках нормального живого человеческого разговора, теряя в научности, но делая книгу увлекательнее иного романа.

Основной вывод книги, в общем-то, прост и очевиден для разумного человека: Барби сама по себе не обладает ни одним из тех качеств, которые мы ей приписываем, она - всего лишь зеркало нашей цивилизации, и в ее кукольных глазах мы видим только отражение собственных надежд, стремлений, страхов и перверсий. На зеркало, как известно, неча пенять, коли рожа крива. А вот взглянуть в него лишний раз не помешает. Может быть, и заметим нечто, что раньше ускользало от нашего взора. Именно как возможность лишний раз бросить взгляд на нашу цивилизацию со стороны и стоит воспринимать эту яркую, остроумную - и просто умную книгу.

Юлия Зартайская. KRUPA: Книжная ярмарка в ДК им. Крупской (Санкт-Петербург), www.krupaspb.ru